Тесла

Никола Милутинович Тесла

СТАТЬИ и ФРАГМЕНТЫ ИНТЕРВЬЮ

 


ВЕЛИЧАЙШИЕ ДОСТИЖЕНИЯ ЧЕЛОВЕКА

«New York American»,  6 июля 1930 года

Когда ребенок рождается, его органы чувств вступают в контакт с внешним миром. Звуковые, тепловые и световые волны бьются о его слабое тело, его чувствительные нервные волокна трепещут, мышцы послушно сокращаются и расслабляются: вдох, выдох, и этим актом удивительная маленькая машина непостижимой чувствительности и конструктивной сложности, не похожая ни на что иное на Земле, включается в круговорот Вселенной.

Маленький механизм работает и растет, совершает всё более и более сложные действия, начинает чувствовать всё более тонкие воздействия, и вот о себе заявляет развитое разумное существо — Человек, создание таинственное, имеющее непостижимое и неодолимое желание творить чудеса в своем окружении.

* * *

Воодушевленный этой задачей, он исследует, открывает и изобретает, проектирует и строит, и совершенствует звезду своего рождения монументами красоты, нравственного величия и благоговения.

Он опускается в недра земного шара, чтобы извлекать скрытые там сокровища и освобождать находящиеся в заточении необъятные энергии и использовать их.

Он вторгается в темные глубины океана и лазурные выси небес.

Он всматривается в самые сокровенные места и укромные уголки молекулярной структуры и открывает своему пристальному взору уходящие в бесконечность миры. Он покоряет и ставит себе на службу неистовый, несущий опустошение огонь Прометея, колоссальные силы водопада, ветра и прилива.

Он приручает грозные стрелы Юпитера и отменяет время и пространство. Он делает само великое Солнце своим послушным тружеником-слугой.

Его сила и могущество таковы, что небеса плавятся, а вся Земля трепещет от одного только звука его голоса.

* * *

Что приготовило будущее для этого удивительного существа, рожденного с тленным телом, тем не менее бессмертного, с его ужасными и божественными возможностями? Какую магию он призовет в конце? Что должно стать его величайшим подвигом, венчающим его достижения?

Он давно осознал, что вся воспринимаемая материя происходит от первичного вещества, непостижимо тонкого, заполняющего всё пространство, Акаша, или светоносного эфира, на которое воздействует дающая жизнь Прана, или творческая сила, вызывающая к жизни в бесконечных циклах все объекты и явления.

Первичное вещество, ввергнутое в бесконечно малые вихри огромной скорости, становится плотной материей, с ослаблением силы движение прекращается, и материя исчезает, возвращаясь в прежнее состояние первичного вещества.

* * *

Может ли Человек управлять этим самым грандиозным из всех процессов в природе, внушающим благоговейный трепет? Может ли он обуздать ее неисчерпаемые энергии, чтобы они выполняли все свои функции по его приказу? Более того, может ли он настолько усовершенствовать средства управления, чтобы приводить их в действие своим волевым усилием?

Если бы можно было этого достичь, он имел бы почти неограниченные и сверхъестественные возможности. По его команде, всего лишь после легкого усилия с его стороны, старые миры исчезали бы, а новые, запланированные им, зарождались.

Он мог бы фиксировать, уплотнять и сохранять эфирные образы своего воображения, скоротечные видения своих грез. Он мог бы выразить все творения своего сознания в любом масштабе в конкретных и вечных формах.

Он мог бы изменять объем нашей планеты, управлять временами года на ней, направлять ее по любой траектории, которую изобретет, в глубинах Вселенной.

Он мог бы заставить планеты сталкиваться и создавать свои солнца и звезды, свою теплоту и свет. Он мог бы зарождать и развивать жизнь во всех ее бесконечных формах.

* * *

Создавать и уничтожать материальную субстанцию, заставлять ее собираться в формы в соответствии с его желанием было бы высшим проявлением могущества сознания Человека, его полным триумфом над физическим миром, венцом его подвигов, который дал бы ему место рядом с Творцом и осуществил бы его изначальное предназначение.

 


 

БЕСПРОВОДНАЯ ПЕРЕДАЧА ЭЛЕКТРИЧЕСКОЙ ЭНЕРГИИ
КАК СПОСОБ БОРЬБЫ ЗА МИР

Electrical World and Engineer,  7 января 1905 года, стр. 21-24

Мир во всем мире, при условии осуществимости его в самом полном смысле, может не потребовать для своего достижения миллиардов лет, как это, возможно, может показаться, судя по неуловимо медленному развитию всех великих революционных
идей прошлого. Человек как тело, находящееся в движении, неотделим от инерционности и постоянства в своих жизненных проявлениях, но из этого не следует, что любая кратковременная стадия либо любое долговременное состояние его существования обязательно должны быть достигнуты в результате статического процесса развития. Признанные нами оценки длительности природных трансформаций, или изменений в общем, в последнее время подвергаются сомнению. Сами основы науки потрясаются. Мы больше не можем верить в гипотезу Максвелла о накладывающихся эфирных волнах электрических колебаний, эта наиболее важная область человеческих устремлений, особенно в продвижении филантропии и мира, была в немалой степени задержана той увлекательной иллюзией, которую я давно надеюсь рассеять. Я с удовлетворением замечал первые признаки изменения научных воззрений. Блестящее открытие исключительно «радиоактивных» веществ, радия и полония, миссис Склодовской-Кюри доставило и мне огромное личное удовольствие, будучи успешным подтверждением моих ранних экспериментальных демонстраций
электризованных светящихся потоков первичной материи, или эманации частиц [Electrical Review, Нью-Йорк,  1896—1897], которые в то время были встречены с недоверием. Они пробудили нас от поэтических мечтаний о нематериальном конвейере
энергии, невесомом, бесструктурном эфире, к простой, осязаемой реальности весомой среды крупных частиц, или физических носителей силы. Они приводят нас к радикально новой интерпретации изменений и трансформаций, которые мы наблюдаем. Просвещенные этим знанием, мы не можем сказать, что Солнце горячо, Луна холодна, звезда ярка, потому что все это может быть просто электрическими феноменами. Если это так, тогда, возможно, должны измениться даже наши представления о пространстве
и времени.
Таким образом, и в том, что касается органического мира, отчетливо заметна сходная революция идей. Смелые идеи Геккеля в биологических и зоологических исследованиях нашли поддержку в недавних открытиях. Укрепляет свои позиции еретическое
убеждение в таких возможностях, как искусственное создание скоплений простых живых веществ, непосредственное создание естественным путем сложных организмов и сознательное регулирование пола. Мы все еще отметаем это, но уже не с таким педантичным презрением, как раньше. Дело в том, что наша вера в ортодоксальную теорию медленной эволюции разрушается!
Таким образом, состояние жизни людей, определяемое термином «мир во всем мире», наряду с тем, что является результатом суммарных усилий прошедших веков, может возникнуть быстро, почти так же, как внезапно появляется кристалл в растворе,
который медленно готовили. Но точно так же, как никакое следствие не может предшествовать причине, так и это состояние ни в коем случае не может быть вызвано каким-либо пактом между нациями, каким бы он ни был торжественным. Перед тем как формулируется закон, проводятся опыты, и они соотносятся как причина и следствие. До тех пор, пока мы ясно сознаем ожидание, что мир — результат такого парламентского решения, у нас будет неопровержимое доказательство, что мы не готовы к миру. Мир будет обеспечен, только когда мы почувствуем, что такие международные встречи — это просто формальные процедуры, не являющиеся необходимыми, кроме как настолько, чтобы служить определенному изъявлению общего желания.
Судя по текущим событиям, мы пока еще должны быть очень далеко от этой блаженной цели. Надо признать, что мы быстро движемся к ней. Многочисленные признаки этого прогресса есть везде. Расовая неприязнь и предубеждения решительно
ослабевают. В этом отношении показателен недавний законодательный акт президента Соединенных Штатов. Мы начинаем мыслить в космическом масштабе. Сочувствующие нам скрылись в тумане? Микробы мировой скорби нас миновали. Однако к
настоящему времени мировая гармония достигнута в единственной сфере международных отношений. Это почтовая связь. Ее механизм работает удовлетворительно, но — как далеки мы все еще от добросовестного соблюдения неприкосновенности мешков
с почтой! И насколько дальше отстоит следующая веха на дороге к миру — международная судебная система, такая же надежная, как почтовая!
Предстоящую встречу в Гааге, в данный момент отложенную на неопределенный срок, можно рассматривать только как временное средство достижения цели. Поскольку об общем разоружении в настоящий момент не может быть никакой речи, можно
рекомендовать пропорциональное сокращение вооружений. Поскольку безопасность каждой страны и мировой торговли зависит не от абсолютного, а от относительного числа военной техники, очевидно, что это будет первым разумным шагом движения по
пути мировой экономики и мира. Но установление справедливой базы регулирования было бы безнадежной задачей. Население, сила флота, мощь армии, коммерческая важность, водные или другие ресурсы, имеющиеся или потенциальные, — одинаково
неудовлетворительные критерии оценки.
Учитывая это затруднение, несколько сильных стран, чтобы страхом принудить всех более слабых к миру, могут принять меру, предложенную Карнеги. Но если на некоторое время такой курс может показаться приемлемым, положительный эффект этого
гомеопатического лечения военной болезни вряд ли будет продолжительным. Прежде всего коалиция ведущих сил несомненно породит организованную оппозицию, что может выразиться в бедствии тем более огромном, чем на более длительный срок оно
будет отложено. И подавно надо принимать во внимание окончательную ссору благородных, диктующих мир стран, такое же безошибочное, как закон гравитации, поскольку оно будет исключительно деморализующим. К тому же это никоим образом не
достаточный авторитет.
Победа одной только силой с каждым днем становится все сложнее и сложнее. Оборона постоянно получает преимущества нападения, по мере того как мы все дальше продвигаемся в сатанинской науке разрушения. Новое умение электрически без проводов контролировать движение и операции конкретных автоматов на расстоянии вскорости позволит
каждой стране сделать ее берега неуязвимыми для всех атак с моря. В связи с этим достойно сожаления, что мое предложение Военно-морским силам Соединенных Штатов, сделанное 4 года назад и представляющее это изобретение, не получило ни
малейшей поддержки. Равно как и мое предложение госсекретарю Лонгу об установлении телеграфного сообщения через Тихий океан с помощью моей беспроводной системы, которое совершенно бесцеремонно отправилось в военно-морскую корзину для
мусора в Вашингтоне. В то время я уже объявил в The Century Magazine в июле 1900 г. о своем успешном «опоясывании» земного шара электрическими импульсами (стоячими волнами), и мои «телеавтоматы» выставлялись на общее обозрение. Но это не было
виной флотских чиновников, поскольку в то время мои изобретения осуждались как пустые неосуществимые планы, и громче всего, безусловно, теми, кто до того стал Крезами Обещаний — касательно «световых» аккумуляторных батарей, «океанической»
телефонии и «трансатлантической» беспроводной телеграфии, и еще остается по сей день — Сизифами Достижения. Если бы всего несколько «телеавтоматических» торпед были созданы и взяты на вооружение нашим флотом, простое моральное воздействие этого самым сильным и благотворным образом можно было бы ощутить в настоящем восточном конфликте. Не говоря о преимуществах, которые могли бы быть получены от прямой и моментальной передачи сообщений в наши отдаленные колонии и
театры действий существующих в настоящее время варварских конфликтов с нецивилизованными племенами. С момента представления этого принципа я внес ряд усовершенствований, что делает возможным направлять такую торпеду, по желанию подводную, с расстояния значительно большего, чем у самого крупного огнестрельного орудия, с непогрешимой точностью, на объект, который должен быть уничтожен. Что еще более удивительно, оператору не будет необходимости видеть адскую машину или даже знать ее расположение, и противник не сможет ни в малейшей степени вмешаться в ее перемещения с помощью любого электрического устройства.
Один из таких дьявольских телеавтоматов скоро будет сконструирован, и я представлю его вниманию правительств. Развитие такого искусства неизбежно должно затормозить сооружение дорогостоящих линкоров, равно как и наземных фортификационных
сооружений, и революционизировать средства и методы ведения войны. Поскольку дистанция, на которой она может поражать, и разрушительная сила такой квазиразумной машины будет фактически неограниченной, огнестрельное оружие, броня линкора
и стена крепости потеряют свой смысл и важность.
Можно с уверенностью Даниила предсказать, что битвы близкого будущего будут организовывать квалифицированные электрики. Но это самое малое. В своем воздействии на войну и мир электричество предлагает еще более великие и удивительные возможности. Для того, чтобы остановить войну только усовершенствованием механизмов разрушения, могут потребоваться века и века. Для того чтобы ускорить конец, должны применяться другие средства. Какие? Давайте подумаем.

Столкновения между отдельными личностями, равно как правительствами и народами, неизменно являются результатом непонимания в самом широком толковании этого термина. Непо­нимание всегда вызвано неспособностью принять во внимание точки зрения друг друга. Опять же это происходит в силу неве­жества вовлеченных сторон, не в такой степени в их собственных делах, сколько в том, что касается другого. Опасность столкнове­ния усугубляется в большей или меньшей степени доминирую­щим чувством агрессивности, которое есть у каждого человека. Лучший способ противодействия этому врожденному стремлению к сражению – развеивать невежество по поводу поступков других путем систематического распространения знаний общего характе­ра. При постановке этой цели наиболее важно облегчить обмен идеями и взаимоотношения.

Взаимопонимание будет чрезвычайно облегчено использо­ванием единого универсального языка. Но каким он будет – ог­ромный вопрос. В настоящее время, похоже, в качестве такого языка может быть принят английский, хотя необходимо отметить, что он не самый подходящий.

Конечно, каждый язык в некотором аспекте превосходит другие. Английский годится для лаконичного и убедительного изложения фактов. Французский точный и очень определенный. Итальянский – возможно, самый мелодичный и простой для изучения. Славянские языки очень богаты по звуча­нию, но ими исключительно трудно овладеть. Немецкий несрав­ненен в простоте ввода в обращение и комбинирования слов. Практический ответ на этот важный вопрос должен быть волей-неволей найден в будущем, поскольку очевидно, что с принятием единого общего языка движение человека вперед будет колос­сально ускорено. Я не думаю, что какая-то искусственно создан­ная нелепица вроде воляпюка когда-либо найдет всемирное при­знание, как бы она ни экономила время. Это бы противоречило человеческой природе. Языки вырастают в наших сердцах. Я скорее рассматриваю возможность воскрешения праязыков – ста­рой латыни или древнегреческого, основываясь в этом умозаклю­чении на спенсеровском законе ритма (см. Спенсер, «Основные начала»). Кажется досадным, что англоговорящие народы, кото­рые на данный момент наиболее приспособлены для того, чтобы управлять миром, будучи одарены незаурядной энергичностью и практическим интеллектом, необыкновенно отстают в области лингвистического таланта.

Следующим после речи мы должны принять во внимание документы постоянного хранения всех видов как способ распро­странения информации общего характера, или тех знаний о дос­тижениях другого, которые в первую очередь благоприятствуют гармонии. В этом, несомненно, самую важную роль играют газе­ты. Они, без сомнения, более эффективны, чем учреждения образования, библиотеки, музеи и личная корреспонденция, вме­сте взятые. Знания, которые они передают, в целом поверхно­стны и временами неверны, сливаются в мощный поток, протя­женный и полноводный. Если не брать в расчет мощь открытий в области электричества, сила журналистики самая большая в стремлении к миру. Наши школы в основном служат для продви­жения специальных глубоких знаний в наших собственных облас­тях, что разрушительно для согласия. Мир, состоящий только из абсолютных специалистов, постоянно находился бы в состоянии войны. Распространение знаний общего характера через библио­теки и сходными путями осуществляется очень медленно.

Что касается личной корреспонденции, она преимущественно полез­на в качестве обязательной составляющей цемента коммерческо­го интереса, этого наиболее мощного связующего вещества для неоднородных масс человечества. Было бы сложно переоценить благотворное воздействие удивительного и точного искусства фотографии, равно как и других игнорируемых видов искусств или средств записи. Но простое размышление покажет, что миро­творческая сила всех постоянных, печатных или других записей кроется не только в них самих. Ее необходимо искать где-то еще. Это также совершенно верно.

Наши чувства позволяют нам воспринимать только малей­шую часть окружающего мира. Наш слух простирается на малое расстояние. Наше зрение затруднено препятствующими предме­тами и тенями. Для того чтобы узнать друг друга, мы должны достичь расстояния внутри сферы наших чувственных восприя­тий. Мы должны передавать свои знания, путешествовать, транс­портировать вещества и передавать виды энергии, необходимые для нашего существования. Следуя этой мысли, мы сейчас пони­маем достаточно убедительно, что из всех других завоеваний человека, без исключения, то будет наиболее желанным, которое окажется наиболее полезным в установлении мирных взаимоот­ношений во всем мире, – полное Исчезновение Расстояния.

Электричество – это единственный и неповторимый способ достичь этого чуда. Использование этой всемогущей действую­щей силы, природа которой до сих пор остается тайной, уже принесло неисчислимое благо. Наше удивление тем, что уже дос­тигнуто, было бы неудержимым, если бы не сдерживалось ожида­нием грядущих еще более великих чудес. Это, величайшее из всех, можно рассматривать в трех аспектах: распространение информации, транспортировка и передача энергии.

Относительно первого, существующие системы телеграф­ного и телефонного сообщения очень ограничены в компетенции. Проводящие каналы дорогостоящи и обладают малой мощно­стью. Существует серьезная индуктивная помеха и бури делают эту службу ненадежной, более того, она слишком дорога. Значительное усовершенствование будет следствием помещения проводов под землей и их искусственного изолирования путем охлаждения. Их мощность также можно беспредельно увеличить путем обращения к новому принципу «индивидуализации», кото­рый я огласил позднее, позволяющему одновременно передавать тысячи телеграфных и телефонных сообщений по единому про­воду без их смешения. Общество уже получало бы выгоду от этих огромных преимуществ, если бы не тупое равнодушие ведущих компаний, вовлеченных в передачу информации. Но вот возни­кают новые концерны, и близкое будущее станет свидетелем великой перемены в этих двух направлениях изобретений. Под­водные морские кабели подвержены еще большим ограничениям. Некоторые помехи в быстрой передаче сигнала посредством их кажутся непреодолимыми. Предпринимались многочисленные попытки преодолеть их, но пока все они оказались тщетными. Знаменитый математик О. Хевисайд и несколько способных элек­триков, следующих по его стопам, впали в одну и ту же ошибку, что быстрая телеграфия и даже телефония через океанские кабе­ли станет возможна с помощью использования индукционных ка­тушек. Катушки индуктивности могут быть до некоторой степени полезны на сравнительно коротких линиях с толстой бумажной изоляцией; на длинных линиях, с изоляцией из резины или гутта­перчи они были бы абсолютно пагубны. Несомненно, будут сде­ланы усовершенствования, но огромная электростатическая ем­кость и неизбежная потеря энергии в изоляции и соседствующих проводниках будут всегда ограничивать применимость передачи через искусственные проводники, неминуемо обреченной на ма­лое количество станций.

Следовательно, очевидно, что отмена всех этих недостат­ков путем передачи сигналов или сообщений без проводов, как я предложил в своей «всемирной» телеграфии и телефонии, будет в величайшей степени влиять на продвижение к миру. Объеди­няющее воздействие этого усовершенствования будет ощущать­ся тем более, что оно не только полностью уничтожит расстоя­ние, но также сделает возможным с единой «всемирной» теле­графной станции управлять бесконечным количеством рассредо­точенных по всему земному шару принимающих станций с одина­ковой легкостью, независимо от их расположения. Через несколь­ко лет простое и недорогое устройство, без труда носимое с собой, позволит каждому получать на суше или на море основные новости, слушать речь, лекцию, песню или игру на музыкальном инструменте, передающуюся из любого другого региона земного шара. Это изобретение также удовлетворит насущную потреб­ность в дешевой передаче на большие расстояния, тем более через океаны.

Малая мощность кабелей и неумеренная стои­мость сообщений – сейчас роковые помехи в распространении информации, которые можно ликвидировать только беспровод­ной передачей.

Недостатки телеграфии по Герцу создали в общественном сознании впечатление, что исключительные или личные сообще­ния без использования искусственных каналов неосуществимы. На самом деле ничто не может быть более ошибочно. Уже с момента ее первого появления в 1891 г. я отрицал коммерческие возможности системы передачи сигналов по Герцу, или с помо­щью электромагнитных волн, и мои прогнозы полностью подтвер­дились. Она предоставляет мало возможностей для настройки, еще меньше – для ухищрений «индивидуализации» более высокого порядка, а о передаче на значительные расстояния никакой речи быть не может. Три года назад были сделаны пафосные предсказания касательно этого метода сообщения, но они оказались неспособны выдержать тяжелое, жестокое испыта­ние временем. Более того, недавно я узнал из ведущего британ­ского журнала об электричестве (Electrician, Лондон, 27 февраля 1903 г.), что некоторые экспериментаторы отказались от своих собственных и «обратились» в мои методы и электрические приборы, без моей санкции и благословения. Я был одновремен­но удивлен и огорчен – удивлен беспечностью и недостатком при­знательности этих людей, огорчен продемонстрированным неумением в создании и применении моих приборов. Моим боль­шим надеждам, пробужденным этим превосходным журналом, однако, еще предстоит сбыться, поскольку я убедился, что Его величество король Англии, Президент Соединенных Штатов и другие высокопоставленные лица в конечном итоге не даровали мне неувядаемой чести милостиво снизойти до применения моих катушек индуктивности, трансформаторов и многообещающих методов передачи, но обменивались своими августейшими поз­дравлениями посредством старомодного кабеля. Что было на самом деле достигнуто с помощью телеграфии по Герцу, можно только предполагать.

Совершенно другие условия существуют в моей системе, где электромагнитные волны, или излучения, преднамеренно све­дены к минимуму, а связь одного из разъемов передающей схемы с землей имеет сама по себе последствием сокращение силы этих излучений до примерно ½. При соблюдении правил и изо­бретательности расстояние представляет мало важности или во­обще никакой, и при умелом применении неоднократно упоминав­шегося принципа «индивидуализации» сообщения могут оказы­ваться как не оказывающими вмешательства, так и не допускаю­щими его оказания на них. Это изобретение, которое я описал в технических публикациях, пытается, хоть и очень примитивно, моделировать нервную систему человеческого организма. Оно стало результатом продолжительных испытаний, демонстрирую­щих невозможность соответствия жестким коммерческим требо­ваниям моей более ранней системы, основанной на простой регу­лировке, в которой качество выделения сигнала зависит от единственной отличительной особенности. В позднейшем усовер­шенствовании исключительность и недопущение оказания воз­действия на импульсы, передаваемые по общему каналу, являют­ся результатом совместной работы ряда особых элементов, и эти импульсы могут быть направлены сколь угодно далеко. На прак­тике обнаружено, что с помощью комбинирования только двух колебаний или тонов достигается степень защиты частных инте­ресов, достаточная для большинства целей. При комбинировании трех колебаний даже квалифицированному специалисту исключи­тельно затруднительно прочитать сигналы, не предназначенные для него, или вмешаться в них, а при четырех это безнадежное предприятие. Вероятность того, что он получит секретные комби­нации в нужные моменты и в правильном порядке, значительно меньше, чем возможность угадать два, три или четыре из пяти номеров соответственно в лотерее. С помощью эксперименталь­ных данных я пришел к выводу, что это изобретение позволит одновременно передавать несколько миллионов отдельных сооб­щений через землю, которая, что достаточно странно, в этом отношении значительно превосходит любой искусственный про­водник. Это количество должно быть достаточным для того, что­бы отвечать всем настоятельным необходимостям передачи информации как минимум в течение этого наступающего столе­тия. Важно заметить, что даже одна «всемирная» телеграфная станция, подобная той, которую я сейчас заканчиваю, будет обла­дать большей мощностью, чем все океанские кабели, вместе взя­тые. Когда эти факты получат признание, это новое искусство, которое я торжественно открываю, пройдет по миру с мощью ура­гана.

Огромные перемены происходят сейчас в сфере транспор­та. Увеличивается количество трамвайных линий, паровой локо­мотив уступает место электрическому двигателю. Океанские лай­неры применяют турбины. Автомобиль улучшает путешествие по суше. Водопады укрощены, и их энергия используется для приведения в движение автомобилей. Все больше оцениваются по достоинству преимущества первого получения электричества с помощью индукторного двигателя. Для большинства этот путь может представляться окольным, но в действительности он на­столько прям, как приведение одного блока в движение другим с помощью приводного ремня. Эта идея уже применяется на же­лезных дорогах, и появляются автомобили этого нового типа. Океанские суда должны последовать за ними. Таким образом, бескрайнее и нетронутое поле деятельности откроется перед производителями электрических машин. Для всех современных способов транспортировки характерно стремление экономить время и деньги. Во многих из этих новых усовершенствований искусственное изолирование линии передачи высокого напряже­ния с помощью охлаждения будет очень полезным. Хоть и пара­доксально, но верно, что при использовании этого изобретения энергия для всех промышленных целей может передаваться на расстояние многих сотен миль не только без всяких потерь, но и с существенным увеличением энергии. Это происходит благодаря тому факту, что проводник значительно холоднее, чем окружаю­щая среда. Работоспособность этого способа ограничена приме­нением газообразного холодильного агента: ни одна известная жидкость не позволяет добиться достаточно низкой температуры на линии передачи. Водород – несомненно лучший для примене­ния охладитель. При его использовании электрические железные дороги можно будет продлить на любую желаемую длину. Вслед­ствие малого количества омических потерь возражения против многофазной системы исчезают, и можно использовать индукци­онные двигатели с якорями с замкнутой обмоткой. Я убежден, что совершенно осуществима даже передача огромных количеств энергии по подводному морскому кабелю, например из Швеции в Англию. Но идеальное решение проблемы транспортировки бу­дет достигнуто только тогда, когда коммерческой реальностью станет полное уничтожение расстояния при передаче больших количеств энергии. В этот день мы вторгнемся во владения птиц.

Когда будет решена проблема воздухоплавания, которая многие годы не поддавалась попыткам, человек продвинется вперед гигантскими шагами.

В многочисленных наблюдениях, экспериментах и измере­ниях, качественных и количественных, я безошибочно установил, что электрическую энергию можно экономически эффективно пе­редавать беспроводным способом на любое расстояние в преде­лах Земли. Они продемонстрировали, что возможно распреде­лять энергию с центральной станции в неограниченных количес­твах, с потерями, не превышающими малой части одного процен­та, при передаче даже на самые большие расстояния, в 12 тысяч миль – на противоположный конец земного шара. Это кажущееся невозможным достижение сейчас может быть легко осуществле­но любым электриком, знакомым с проектом и конструкцией мое­го «усиливающего передатчика высокого напряжения», наиболее удивительного электрического устройства из всех, информацией о которых я располагаю, позволяющего получать результаты неограниченной силы на Земле и в окружающей ее атмосфере. Это фактически свободно колеблющаяся вторичная цепь опреде­ленной длины, с очень высокой самоиндукцией и низким сопро­тивлением, один из разъемов которой находится в тесной прямой или индуктивной связи с землей, а другой – с поднятым над ее поверхностью проводником, и на которую воздействуют в услови­ях резонанса электрические колебания первичной цепи, или цепи возбуждения. Чтобы дать представление о возможностях этого удивительного устройства, я могу сказать, что с его помощью я получил искровые разряды протяженностью более сотни футов и несущие ток в одну тысячу ампер, электродвижущей силы при­мерно двадцать миллионов вольт, химически активные свечения на площади в несколько тысяч квадратных футов и электрические возмущения в естественной среде, по интенсивности превосходя­щие вызываемые молнией.

Что бы ни принесло будущее, всемирное применение этих великих принципов совершенно гарантировано, хотя его, возмож­но, придется долго ждать. С открытием первой электростанции недоверие уступит место изумлению, а оно – неблагодарности, как происходило всегда. Недалеко то время, когда энергия па­дающей воды станет энергией человеческой жизни. Пока моя система передачи переменного тока использует только около миллиона лошадиных сил. Это мало, но тем не менее соответ­ствует добавлению к населению Земли шестидесяти миллионов неутомимых работников, трудящихся, в сущности, без еды и оплаты. Однако проекты, с которыми мне уже приходилось встре­чаться, предполагают использование энергии воды, в общей совокупности дающей примерно сто пятьдесят миллионов лоша­диных сил. Если они будут осуществлены за четверть века, что представляется возможным исходя из существующих данных, на каждого жителя планеты будет приходиться в среднем по два таких неутомимых работника. Задолго до достижения этого ре­зультата уголь и нефть должны перестать быть важными факто­рами Жизнеобеспечения человека на этой планете. Необходимо учитывать, что электрическая энергия, получаемая путем обузда­ния водопада, вероятно, в пятьдесят раз более эффективна, чем энергия топлива. Поскольку это наиболее совершенный из дос­тупных способов переработки энергии Солнца, направление гря­дущего практического развития человека ясно обозначено. Он бу­дет жить на «белом угле». Как ребенок к материнской груди, прильнет он к своему водопаду. «Водопад наш насущный даждь нам днесь» будет молитвой грядущих поколений.

Но тот факт, что стоячие волны производятся в Земле, име­ет особое и во многих отношениях еще более важное значение в духовном развитии человечества. Если объяснять популярно, та­кая волна – это явление, в общем сродни эху – результат отраже­ния. Она дает положительное и неопровержимое эксперимен­тальное свидетельство тому, что электрический ток после про­хождения через землю доходит до диаметрально противополож­ной ее области и, отражаясь от нее, возвращается в исходную точку с практически неуменьшенной силой. Исходящий и возвра­щающийся токи сталкиваются и формируют узлы и петли, сход­ные с теми, что наблюдаются при колебании веревки. Чтобы пересечь все расстояние примерно в двадцать пять тысяч миль, равное периметру земного шара, току требуется определенный временной интервал, который я приблизительно установил. Вы­дав это знание, природа открыла один из самых своих драгоцен­ных секретов неоценимой важности для человека. Факты по этому поводу так удивительны, что может показаться, будто сам Творец создал с помощью электричества эту планету только для той цели, чтобы дать нам возможность достичь чудес, которые, до моего открытия, не могло бы измыслить самое буйное вообра­жение.

Полный перечень моих открытий и усовершенствований будет представлен миру в специальной работе, которую я готов­лю. Однако поскольку они имеют отношение к промышленному и коммерческому использованию, они будут оглашены в форме описаний патентов, обрисованных максимально аккуратно.

Как утверждалось в недавней статье (Electrical World and Engineer, 5 марта 1904 г.), я уже некоторое время работаю над конструкцией электростанции, которая должна будет передавать беспроводным способом десять тысяч лошадиных сил. Энергия будет собираться по всему миру во многих местах и в различных количествах. Не следует думать, что практическая реализация этого предприятия непременно отдалена. Планы, бесспорно, мо­гут быть закончены этой зимой, и если тем временем можно бу­дет осуществить некоторую подготовительную работу на фунда­менте, станция может быть готова к эксплуатации до окончания следующей осени. В тот момент мы получили бы в свое распо­ряжение уникальный и неоценимый механизм. Только один этот генератор продвинул бы человечество вперед на век. Его облаго­раживающее влияние почувствовал бы даже самый простой обитатель глуши.

Одна эта машина могла бы управлять миллио­нами разнообразных приспособлений для всех мыслимых целей. С помощью простых недорогих часов, не требующих внимания и ходящих с едва ли не математической точностью, можно было бы распространить единое мировое время. Биржевые телеграфные аппараты, синхронные движения и бесчисленные приспособле­ния такого характера могли бы работать в унисон по всей Земле. Можно было бы обеспечить инструменты для определения курса судна в море, пройденного расстояния, скорости, времени в любом конкретном месте, широты и долготы. Таким образом, мог­ли бы обеспечиваться неисчислимые коммерческие преимуще­ства, а бесчисленных несчастных случаев и катастроф можно было бы избежать. Здесь и там можно было бы освещать дом или выполнять другую работу, требующую нескольких лошадиных сил. Что еще значительно более важно, в любую часть мира мог­ли бы направляться летательные аппараты. Ввиду их малого ве­са и огромной движущей силы их можно было бы приспособить для быстрого путешествия. Моим намерением было бы использо­вать эту первую станцию скорее как средство просвещения, соби­рать ее энергию в очень малых количествах и в максимально возможно большем количестве мест. Знание о том, что вся земля пульсирует энергией, которая легко доступна везде, оказалось бы сильным стимулом для студентов, механиков и изобретателей всех стран. Это повлекло бы за собой неисчислимое благо. Про­изводство получило бы свежий и мощный стимулирующий фак­тор. Появились бы условия, которых никогда ранее не существо­вало в торговле. Запасы были бы в высшей степени несоразмер­ны потребностям. Отрасли производства железа, меди, алюми­ния, изолированного провода и многие другие, несомненно, извлекли бы огромные и долговременные выгоды из этого разви­тия.

Экономичная беспроводная передача энергии имеет для человека превосходящую все важность. С ее помощью он полу­чит полное господство в воздухе, на воде и в пустыне. Она позво­лит ему освободиться от необходимости добычи, закачки, транс­портировки и сжигания топлива и таким образом покончит с бес­численными причинами безобразного расточительства. С ее помощью он получит в любом месте и в любом желаемом коли­честве энергию удаленных водопадов – чтобы приводить в дви­жение свои машины, строить свои каналы, туннели и шоссе, производить нужные ему материалы, одежду и пищу, обогревать и освещать свой дом – год за годом, на веки веков, днем и ночью. Она сделает живое блистающее солнце его послушным усерд­ным рабом. Она принесет на Землю мир и гармонию.

Прошло около пяти лет со времени той ниспосланной про­видением грозы 3 июля 1899 г., о которой я говорил в вышеупо­мянутой статье и во время которой я открыл стоячие волны Зем­ли; около пяти лет назад я провел огромный эксперимент, кото­рый в тот незабываемый день темный Бог Грома милостиво пока­зал мне в своей необъятной, устрашающе гремящей лаборато­рии. Тогда я думал, что создание коммерческого опоясывания моим способом без проводов земного шара займет год. Увы! Моя первая станция «всемирной телеграфии» еще не закончена, ее строительство за прошедшие два года продвигается, но медлен­но. А механизм, который я строю, только игрушка, генератор максимальной мощностью всего десять миллионов лошадиных сил, которых вполне достаточно, чтобы повергнуть всю планету в слабый трепет с помощью знака и слова – телеграфируемого и телефонируемого. Когда увижу я законченной эту первую элек­тростанцию, этот большой генератор, который я конструирую? Из него сквозь землю рванется ток, более сильный, чем из сварочно­го аппарата, под напряжением в сто миллионов вольт! Он будет производить энергию в количестве тысячи миллионов лошадиных сил – сотни Ниагарских водопадов в одном, поражающих вселенную ударами – ударами, которые пробудят от забытья самых сонных электриков на Венере или Марсе, если они там есть!.. Это не мечта, это просто достижение научной электри­ческой инженерии, только дорогостоящее – слепой, трусливый, сомневающийся мир!.. Человечество еще не развито достаточно, чтобы охотно следовать за пытливым проницательным рассуд­ком. Но кто знает? Возможно, в этом нашем современном мире лучше, чтобы революционная идея или изобретение вместо под­держки или поощрения подвергались стеснениям и плохому отно­шению в период своей юности – по причине недостатка средств, корыстного интереса, педантизма, тупости и невежества; чтобы их критиковали и душили; чтобы они прошли через мучительные испытания и злоключения, через безжалостное противостояние коммерческого существования. Именно так мы получаем свой свет. Так все, что было великого в прошлом, высмеивали, прокли­нали, боролись с ним, подавляли – только для того, чтобы оно выходило из борьбы с еще большей мощью, с еще большим три­умфом.


КАК КОСМИЧЕСКИЕ СИЛЫ ОПРЕДЕЛЯЮТ НАШИ СУДЬБЫ

«New York American»,  7 февраля 1915 года

Каждое живое существо является механизмом, вовлеченным в круговорот Вселенной. Хотя на первый взгляд кажется, что на него воздействует лишь непосредственное окружение, в действительности сфера внешнего влияния простирается до бесконечности. Нет ни одного созвездия или туманности, ни одного светила или планеты во всех глубинах беспредельного пространства, ни одного блуждающего странника звездного неба, который не осуществлял бы некоторого контроля над его судьбой — не в астрологическом, неопределенном и нереальном, смысле, а в строгом и точном значении физической науки.

Можно пойти дальше в этих рассуждениях. В целом мире нет ни одного творения, наделенного жизнью — от человека, покоряющего стихии, до простейшего существа, — которое не взаимодействовало бы с миром. всякий раз, когда сила, пусть даже бесконечно малая, порождает действие, происходит нарушение космического равновесия, и это приводит к вселенскому движению.

Герберт Спенсер интерпретировал жизнь как постоянное приспособление к окружающей среде

Точно так же возникают войны, революции и подобные исключительные состояния общества. Хотя это, возможно, и выглядит так, война никогда не может быть следствием произвольных действий человека. Это, безусловно, более или менее прямой результат космического возмущения, в котором главным образом замешано Солнце.

Во многих вошедших в историю международных конфликтах, которые были вызваны голодом, эпидемией или земными катастрофами, непосредственная зависимость от Солнца несомненна. Но в большинстве случаев причины, лежавшие в основе, многочисленны, и проследить их трудно.

Что касается современной войны, в этом случае трудно доказать, что кажущиеся волевыми действия определенных индивидуумов не являются причиной. Быть по сему. Механистическая теория совершенно исключает любую возможность возникновения такого состояния государства, кроме неизбежного следствия космического возмущения.

Естественно, возникает вопрос относительно того, существует ли внутренняя зависимость между войнами и смещениями земных пластов. последние оказывают бесспорное влияние на темперамент и характер и временами могут способствовать усилению конфликта, но за исключением этого, по-видимому, не существует взаимозависимости, хотя и темперамент и характер могут быть обязаны одной и той же первичной причине.

Что следует утверждать с совершенной уверенностью, так это то, что Земля может быть ввергнута в потрясения посредством механических воздействий, таких, какие производят современные приемы ведения войны. Возможно, это утверждение звучит ужасающе, но ему может быть дано простое объяснение.

Землетрясения возникают преимущественно по двум причинам — из-за подземных взрывов или структурных подвижек. Первые являются вулканическими, сопровождаются выбросом огромной энергии и трудно вызываемы. последние называются тектоническими, их энергия сравнительно невелика, и они могут возникнуть от малейшего толчка или сотрясения. Частые оползни на острове кулебра являются сдвигами именно такого рода.

ВОЙНА И ЗЕМЛЕТРЯСЕНИЕ

Теоретически допустимо, что тектоническое землетрясение происходит под воздействием мысли, поскольку масса непосредственно перед освобождением может находиться в состоянии наиболее неустойчивого равновесия…

Разрывы мин и торпед, выстрелы мортир и пушек вызывают проявление противодействующих сил на Земле, которые измеряются сотнями или даже тысячами тонн и дают о себе знать на всем земном шаре. Однако сила их воздействия в огромной степени увеличивается за счет резонанса. Земля есть сфера, обладающая несколько большей жесткостью, чем сталь, и совершающая одно колебание приблизительно за один час и сорок девять минут.

Если, что вполне возможно, сотрясения оказываются определенным образом синхронизированы, их объединенное действие сможет вызвать тектонические сдвиги в любой части Земли, и итальянское бедствие, возможно, является следствием взрывов во Франции. Вне всяких сомнений, человек может быть причиной подобных явлений на Земле, и, вероятно, недалеко то время, когда позитивную энергию мысли можно будет направить на достижение добрых и разумных целей.


 

ЭЛЕКТРОСТАТИЧЕСКИЙ ИНДУКЦИОННЫЙ ГЕНЕРАТОР ПЕРЕМЕННОГО ТОКА

«The Electrical Engineer», Нью-Йорк,  6 мая 1891 года

Около полутора лет тому назад, будучи занят изучением переменных токов с коротким периодом, я пришел к мысли, что такие токи можно получать, вращая заряженные поверхности на малом расстоянии от проводников. И в соответствии с этим изобрел различные виды экспериментальных машин, две из которых представлены на прилагаемых иллюстрациях.

В приборе, представленном на рис. 1А — кольцо из сухого дерева, пропитанного шеллаком, на внутренней стороне которого укреплены два комплекта станиолевых пластин а и bгде все пластины а и все пластины b  соединены вместе, как указано, но независимо друг от друга. Эти два комплекта пластин присоединены к двум клеммам ТТолько для ясности на рисунке показано несколько пластин. С внутренней стороны кольца и на близком расстоянии от него установлен вращающийся цилиндр Визготовленный также из сухого твердого дерева, пропитанного шеллаком, и снабженный двумя такими же комплектами пластин а1и b1 все пластины а1 соединены с одним кольцом, а все b1 — с другим, обозначенные как + и . Эти два комплекта, а1 и b1заряжены током высокого напряжения с помощью машины Хольца или уимсхерста и могут быть подключены к банке конденсатора определенной емкости. внутренняя сторона круга А облицована слюдой для усиления индукции, а также для того, чтобы можно было применять более высокие напряжения.

Когда цилиндр В с заряженными пластинами вращается в цепи, присоединенной к клеммам Г, движется переменный ток.

Устройство другой машины показано на рис. 2. В этой машине имеются два комплекта станиолевых пластин, приклеенных к неподвижному эбонитовому диску, и есть подобный вращающийся диск, пластины которого заряжены, как это показано на рис. 1.

Мощность такой машины очень мала, но она дает возможность наблюдать некоторые эффекты, свойственные исключительно

переменным токам малой частоты. Эти эффекты, однако, нельзя сравнить с теми, которые могут быть получены с помощью индукционной катушки, работающей от машины переменного тока высокой частоты; некоторые из них были не так давно описаны мной.

рис. 1

рис. 2


ОБ АЭРОПЛАНАХ — Редактору «Нью-Йорк таймс»

 «Нью-Йорк таймс»,  15 сентября 1908 года

Хроникеру текущих событий весьма свойственно не распознавать реальное значение описываемых им отдельных фаз прогресса и открывающихся при этом перспектив. Вполне естественно, что мнение репортеров об описываемых ими объектах часто оказывается далеким от истины, особенно если эти объекты не относятся к сфере полученных им профессиональных знаний. Но это явление неотделимо от самой идеи журналистики. Если редактор должен будет пристально вглядываться в будущее или рассматривать текущие или прошедшие события в их подлинной взаимосвязи, то он приведет свою газету к полному краху.

Интересные примеры данного явления дают комментарии по поводу последних выступлений аэропланов. Разве это большая разница, если один человек летает полчаса, а другой, используя более мощный аппарат, час, два или три? В данном случае несомненно то, что самолеты, используемые для технического обеспечения демонстрационных полетов, больше по своим размерам и имеют более вместимые топливные баки, однако в данных расхождениях нет ничего революционного. Никто не может отрицать заслуг пилотов демонстрационных полетов. Их выступления действительно замечательны и имеют большое воспитательное значение.

Большая часть человечества невосприимчива к новым идеям. Демонстрирующий их на практике должен использовать сильные аргументы, способные просвещать и убеждать. Но такие примеры являются всего лишь очевидными последствиями того, что им предшествовало, это шаги вперед, каждый из которых, взятый по отдельности, не имеет большого значения, однако в совокупности они способствуют завоеванию мира новой идеей. И если какой-либо из таких шагов оказывается заметнее других, то это происходит лишь потому, что он был сделан в такой психологический момент, когда недоверие и сомнение уступают доверию и надежде. Такую работу часто можно назвать выдающейся, но никогда великой, хотя многие полагают обратное. Однако для того, чтобы стать великим, надо быть первопроходцем. В данном вопросе это абсолютно неизбежно.

Поставьте любую из последних моделей аэропланов рядом с аппаратом Лэнгли — их прототипом, и вы не найдете у новых машин ни одного серьезного нововведения. Там стоят те же самые старые пропеллеры, такие же наклонные крылья, те же рули и стабилизаторы — между ними нет ни одного заметного отличия. Кое-кто уже попытался спрятать свои «открытия». Точно так же, как страус, который зарывает голову в песок. А в свою очередь, всех имеющихся воздухоплавателей (их полдюжины) превозносят как покорителей и властелинов воздуха. Хотя более подобающим было бы приветствовать таким образом Джона Д. Рокфеллера. А пока при имеющемся уже cейчас в изобилии высококлассном топливе мы продолжаем ждать появления двигателя, который будет способен обеспечить противостояние силам гравитации не только в отношении собственного веса, но и применительно к массе, в несколько раз превышающей его вес.

Возможности аэроплана Лэнгли были продемонстрированы весьма убедительно. И тем не менее он не является машиной, имеющей практическое значение. Эффективность его силовой установки невысока, взлет аппарата, поддержание равновесия в процессе полета и его посадка осуществляются с трудом. Однако главный дефект этого аэроплана состоит в том, что при встрече с нисходящим порывом ветра он оказывается обречен. В этом смысле более предпочтителен геликоптер, хотя по другим причинам неприемлем и он. Конструкция успешного летательного аппарата тяжелее воздуха будет базироваться на кардинально новаторских принципах и сможет отвечать все выдвигаемым требованиям.

Его материализация не за горами, и когда это случится, производство и предпринимательство получат невиданный ранее импульс развития. И это непременно произойдет, если только правительство снова не прибегнет к использованию тех методов испанской инквизиции, которые уже доказали свое разрушительное воздействие на беспроводную передачу — идеальное средство превращения человека в абсолютного властелина воздуха.

 


МИРОВАЯ СИСТЕМА БЕСПРОВОДНОЙ ПЕРЕДАЧИ ЭНЕРГИИ

«Telegraph and Telephone Age»,  16 октября 1927 года

Передача энергии без проводов — не теория и не просто вероятность, как это представляется большинству людей, но явление, которое я экспериментально демонстрировал в течение ряда лет. Сама идея появилась у меня не сразу, а в результате длительного и постепенного развития и стала логическим следствием моих исследований, которые были убедительно продемонстрированы в 1893 году, когда я впервые представил миру схему моей системы беспроводной передачи энергии для всевозможных целей. В нескольких показательных лекциях, прочитанных перед научными обществами в течение предыдущих трех лет, я объяснял, что необязательно использовать два провода для передачи электрической энергии, что с таким же успехом можно использовать только один. Мои опыты с токами высокой частоты были первыми за всё время, проведенными публично, и они вызвали острейший интерес по причине тех возможностей, которые они открывали, а также поразительной природы самих явлений. Немногие из специалистов, знакомых с современной аппаратурой, по достоинству оценят трудность задачи, когда у меня в распоряжении были примитивные устройства, и в каждом эксперименте требовалась точная настройка на резонанс.

Когда была доказана возможность передачи энергии посредством одинарного провода без обратного, мне пришло в голову, что, вероятно, можно обойтись и без того единственного провода, а для перемещения энергии от передатчика к приемнику можно использовать землю.

ВЫСОКОЧАСТОТНЫЕ ДИНАМО-МАШИНЫ И КАТУШКА ТЕСЛЫ

Очевидно, что токи, которые обычно применялись в экспериментальных лабораториях и в промышленности, не годятся для высокочастотных машин, и мне пришлось создать специальные генераторы и преобразователи для получения импульсов требуемой частоты.

Сначала я усовершенствовал высокочастотные динамо-машины двух типов, одну с возбуждением магнитного поля постоянным током, и другую, в которой электромагнит возбуждается от переменных токов, отличающихся по фазе и генерирующих вращающееся магнитное поле. Обе из них нашли свое применение в системе беспроводного вещания. Первая представленная мной машина давала 90 процентов КПД, но она должна была работать в обогащенной водородом среде или в разреженном воздухе, чтобы минимизировать возникающие потери из-за сопротивления воздуха и уменьшить оглушительный шум.

Чтобы преодолеть ограничения, выявившиеся в работе таких машин, я в дальнейшем сосредоточил свои усилия на усовершенствовании специального преобразователя, состоявшего из настроенных в индуктивной зависимости нескольких контуров, которые получали первичную энергию от колебательных разрядов конденсаторов. Этот аппарат, изначально названный моим именем и считавшийся, по мнению ведущих ученых, моим лучшим достижением, используется ныне во всем мире в каждом радиопередатчике и радиоприемнике. Он дал мне возможность получать токи любой желаемой частоты, электродвижущей силы и в любом количестве и вызывать огромное множество электрических, химических, термальных, световых и других явлений, генерировать рентгеновские, катодные и другие лучи трансцендентной интенсивности. Я использовал его в исследованиях состава вещества и радиоактивности, результаты которых публиковались в 1896-1898 годах в «Electrical review». Эти исследования предшествовали открытию радия мадам Складовской и Пьером Кюри и доказали, что радиоактивность есть обычное свойство вещества и что оно излучает маленькие частицы различных размеров, обладающие огромными скоростями, — представление, воспринимавшееся с недоверием, но в итоге признанное истинным. Аппарат нашел бессчетное число применений и стал для некоторых пользователей настоящей лампой Аладдина.

Когда я думаю о самых первых своих катушках, которые были не более чем забавой от науки, то последовавшие за ними разработки представляются мне абсолютной удачей.

УСИЛИВАЮЩИЙ ПЕРЕДАТЧИК И РЕЗОНАНС ЗЕМЛИ

Хотя я и был с самого начала абсолютно убежден, что в конечном итоге успех будет достигнут, это произошло не ранее, чем была разработана схема путем последовательных усовершенствований так называемого усиливающего передатчика, что стало для меня убедительным свидетельством осуществимости беспроводной передачи энергии в больших количествах для всевозможных промышленных целей.

Главное открытие, которое принесло мне полное удовлетворение, поскольку воплотило мой замысел, было сделано в 1899 году в колорадо-Спрингс, где я проводил испытания генератора мощностью в сто пятьдесят киловатт и убедился, что при определенных условиях ток приобретает способность проходить сквозь весь земной шар, достигая противолежащей точки, и возвращаться к исходной точке, при этом сила тока не уменьшается. Полученный результат оказался столь невероятным, что сначала это открытие почти ошеломило меня. В мгновение ока я осознал, что с помощью должным образом настроенной аппаратуры на передающих и принимающих станциях можно перемещать энергию в практически неограниченных количествах через землю на любое расстояние, ограниченное лишь физическими размерами земного шара, с коэффициентом полезного действия, достигающим девяноста девяти с половиной процентов.

Способ прохождения токов от передатчика через земной шар является в высшей степени экстраординарным, если принять во внимание характер распространения электризации поверхности. На старте волна имеет теоретически беспредельно большую скорость, которая начинает снижаться сначала очень быстро, а затем с меньшей интенсивностью, до тех пор пока расстояние не составит около шести тысяч миль, после чего она продолжает двигаться со скоростью света. С этого момента она опять увеличивает скорость, сначала медленно, затем всё быстрее, достигая противолежащей точки со скоростью, приближающейся к бесконечно большой величине. Такую закономерность движения можно объяснить тем, что на поверхности земли волны исходят через равные промежутки времени, распространяясь на равные площади, но необходимо иметь в виду, что ток проникает глубоко внутрь Земли, а воздействие, оказываемое на приемные устройства, носит такой характер, как если бы весь поток локализовался на земной оси, соединяя передатчик с противолежащей точкой. Таким образом, средняя поверхностная скорость составляет около 471 200 километров в секунду, что на пятьдесят семь процентов больше, чем скорость так называемых радиоволн, и эти волны, если таковые существуют, должны распространяться со скоростью света. ту же константу обнаружил видный американский астроном капитан Дж. Т.Т., проводя математические исследования мельчайших частиц эфира, которые он называет эфиронами. Но если — в свете его теории — эта скорость является физической реальностью, то распространение токов по земной поверхности более напоминает мимолетное скольжение лунной тени по земному шару.

Большинству людей, занятых практическим делом, будет трудно оценить или даже сформулировать адекватное представление об интенсивности воздействия и о получаемой энергии, исходя из той части моей работы, которая вошла в историю. У меня есть все основания считать себя одним из самых удачливых людей, так как я постоянно испытываю чувство невыразимого удовлетворения, оттого что моя система переменного тока применяется повсеместно для передачи и распределения тепла, света и электроэнергии, а также оттого что моя беспроводная система со всеми ее основными свойствами применяется во всем мире для передачи информации. Но мои новаторские работы в последней из упомянутых областей всё еще понимаются совершенно превратно.

КОРОТКОВОЛНОВОЕ РАДИОВЕЩАНИЕ И НАПРАВЛЕННАЯ ПЕРЕДАЧА

Ничто не иллюстрирует это лучше, чем последние демонстрационные опыты с очень короткими волнами, которые были проведены рядом специалистов и в результате которых сложилось мнение — в конечном итоге энергия будет передаваться именно таким способом. На самом же деле опыты подобного рода полностью отрицают возможность экономичной передачи энергии. В течение нескольких лет я проводил эксперименты, исследуя этот частный случай, с волнами длиной в один миллиметр и убедился, что даже они не подходят для этой цели, не говоря уже о том, что их получение связано с большими затратами.

Чтобы добиться положительных результатов с помощью этого метода, будет, по-видимому, необходимо применять излучения с длиной волны несравнимо меньшей, чем излучаемое рефлектором лучистое тепло, световые, инфракрасные и ультрафиолетовые лучи. Вопреки моим неоднократным разъяснениям специалисты, по-видимому, не понимают, что посредством рефлекторов такая концентрация энергии, какую я получаю с помощью беспроводной энергетической установки, не может и не будет когда-либо достигнута, поскольку при передаче энергии таким способом приемник может улавливать лишь количество энергии, пропорциональное облучаемой площади, т.е. подвергающейся воздействию лучей, в то время как в моей системе он вбирает в себя энергию из безмерного резервуара в несравнимо большем количестве.

Такого рода соображения касаются и направленной передачи с помощью коротких отраженных волн, или лучей. Если бы мы могли экономически выгодно производить электрические колебания, частота которых приближалась бы к частоте волн лучистого тепла, изготовлять эффективные отражатели, не допускающие значительного рассеивания и предупреждать абсорбцию, то такой способ передачи энергии мог бы иметь большое значение. Но попытки довести этот замысел до конца со сравнительно низкими частотами окажутся, безусловно, тщетными. Более двадцати пяти лет тому назад следствием моих попыток передавать большие количества энергии через атмосферу стало многообещающее изобретение, названное впоследствии «Смертельный луч» и приписанное д-ру Грин делу Метьюзу, изобретательному и опытному английскому электротехнику. Основная идея состояла в том, чтобы сделать воздушное пространство проводящей средой с помощью соответствующих ионизирующих излучений и передавать токи высокого напряжения по траектории лучей. Широкомасштабные эксперименты доказали, что при напряжении во многие миллионы вольт возможно перебросить практически неограниченные количества энергии на короткое расстояние, например, в несколько сот футов, что могло бы быть очень экономичным, а оборудование менее дорогостоящим. С тех пор я добился значительного прогресса и открыл новый принцип, который можно с успехом и беспрепятственно применять в различных мирных и военных целях.

Если я правильно понял отчеты, при «лучевой передаче» с длиной волны в несколько метров колебательный контур, состоящий из прямого вертикального проводника, помещается на фокальной линии параболической поверхности, на которой смонтировано множество вторичных прямых проводов, параллельных первичному проводнику. Если это так, то такая диспозиция полностью ошибочна и по всем признакам неэффективна, так как вторичная система не функционирует как параболический рефлектор, а производит лишь беспорядочное эхо. для правильного монтажа требуется, чтобы первичный и вторичный проводники располагались на двух вертикальных параллельных плоскостях, разделенных расстоянием в четверть длины волны. Но даже в таком максимально улучшенном виде этот передатчик может иметь сомнительное практическое значение. Два волновых цуга после отражения, или, скорее, повтора, неполностью нейтрализуются, и имеет место значительное поперечное рассеивание. Энергия первичной системы уменьшается на квадрат расстояния, и это так же верно и для вторичной системы, полезные волны которой будут претерпевать энергетические потери пропорционально биквадрату своей длины. Это означает, что возможно применение только очень короткой волны, которая, кроме того, стабильна и не поддается изменению. Нужно быть близоруким, чтобы не увидеть: наилучшие результаты будут получены, если весь капитал инвестировать в одну ориентированную систему соответствующей конструкции, поскольку достигаемая производительность растет гораздо быстрее, чем затраты на оборудование. Даже если допустить, что лучевая установка работает абсолютно идеально, это всё равно будет плохой вариант, поскольку необходимую лучистую энергию можно получать с малыми затратами на одной-единственной установке, что имеет дополнительные преимущества, состоящие в том, что она применима к волнам любой длины и в равной степени эффективна в двух направлениях, и, следовательно, имеет большую производительность. Ошибочность предлагаемой [коротковолновой] схемы столь очевидна, что я никак не могу понять, как она могла миновать тщательную проверку таких компетентных специалистов, как д-р В.Л. Остин и Джон Стоун Стоун.

«МИРОВАЯ СИСТЕМА»

С тех пор как в 1899 году началось строительство моей первой энергетической установки, я постоянно высказывался относительно этого проекта и планов, которые предварительно формулировал через печать в следующих изданиях: «Electrical review», «Electrical world», «Electrical Experimented, «Science and Invention» и других, особенно в «Century magazine» за июнь 1900 года, в котором я опубликовал пространную статью «Проблемы увеличения энергии человечества», теперь некоторые обстоятельства требуют разъяснений. Во-первых, коренное различие между применяемой сейчас трансляционной системой и системой, которую я надеюсь ввести, состоит в том, что в настоящее время передатчик излучает энергию во всех направлениях, тогда как в разработанной мной системе в любую точку Земли передается только силовое поле, а энергия как таковая перемещается по определенной, заранее обусловленной траектории. Поразительный факт: энергия перемещается в основном по кривой, то есть по кратчайшему пути между двумя точками на поверхности земного шара и достигает приемного устройства без малейшего рассеивания, так что приемник улавливает несравнимо большее количество [энергии], чем это возможно при использовании излучений. Таким образом, я предложил идеальный способ передачи энергии в любом желаемом направлении, намного более экономичный и не имеющий таких качественных или количественных ограничений, какие неизбежно повлекло бы за собой применение рефлекторов.

Моя установка отличается еще и тем, что она полностью основана на резонансе, в то время как сейчас резонанс используется главным образом для усиления во вспомогательных устройствах, состоящих в основном из разного рода вакуумных трубок, которые доведены до совершенства. фундамент к их использованию заложил сэр Уильям Крукс, который в 1876 году обнаружил, что раскаленный проводник испускает наэлектризованные частицы. В 1882 году молодой французский электротехник по фамилии Висьер заметил, что от нити лампы накаливания исходит электрический ток, и произвел тщательные измерения с помощью специально подготовленных ламп, некоторые из которых я в то время имел возможность наблюдать в Иври-сюр-Сен, пригороде Парижа. Но эти явления не находили технического применения до тех пор, пока в 1892 году я не создал датчик вакуумных трубок, чувствительность которого была выше, чем у любых других известных мне образцов. С тех пор был достигнут поразительный прогресс, но неприменение современных вакуумных детекторов и усилителей задерживает продвижение вперед в нужном направлении, и множество проблем в радиовещании объясняется именно этой причиной. До совсем недавнего времени переданным волнам не хватало однородности, что делало невозможной точную настройку. Этот недостаток отчасти устраняется управлением с помощью кристаллов кварца, и теперь впервые стало возможным проводить значительные усовершенствования с целью улучшения эксплуатационных качеств.

Одно из моих первых изобретений — электромеханический способ генерирования изохронных (равномерных) колебаний, и я с большим успехом применял его во многих случаях. Применение этого способа для управления существующими установками дает значительные преимущества, но, несмотря на это и на другие усовершенствования, изменение в устройстве эксплуатируемого оборудования и в способе радиовещания с каждым днем становится всё более насущным, и поэтому я настойчиво продолжаю внедрение своей «Мировой системы» с ее высокоэффективными радиопередатчиками новейшей конструкции и элементарно простыми приемными устройствами. В моих аппаратах синхронность доведена до такого совершенства, а настройка настолько точна, что в процессе передачи речи, изображений и при выполнении других подобных операций частота, или длина, волны изменяется, если требуется, лишь в очень незначительных пределах, не превышающих одной сотой процента. Электростатические явления и все другие помехи полностью устранены, и никакие погодные, сезонные и внутрисуточные изменения не оказывают влияния на эксплуатационные качества. Эта установка наилучшим образом подходит для «Всемирной радиотелефонной и радиотелеграфной связи», поскольку позволяет поддерживать практически постоянную силу тока в передатчике, а управление осуществляется с помощью простого микрофона без применения существующих сейчас хитроумных приспособлений. Метод телеграфии позволяет осуществлять одновременную передачу любого целесообразного количества не интерферирующих (не смешивающихся) сообщений, при этом скорость передачи достигает многих тысяч слов в минуту. Те же принципы применимы и к проводному, и к кабельному управлению. В 1903 году я предложил Западному союзу и Почтовой телеграфной компании такую многоканальную передачу для их линий связи, но не получил поддержки главным образом потому, что их деловые операции не предусматривали такого большого объема передач. Спустя некоторое время моя усовершенствованная аппаратура была представлена как «Проводная радиосвязь» — совершенно несоответствующее название, так как волны, излучаемые проводом, безвозвратно рассеиваются и не оказывают никакого воздействия на приемник.

Мой проект строительства энергетической установки доведен до стадии осуществления, но всё еще не могу сказать, когда начнутся практические работы. Уже нет тех трудностей, что стояли передо мной с самого начала, так как в то время я был один; теперь многие убедились в целесообразности и осуществимости моего предприятия. Нет нужды говорить, что я делаю всё возможное, чтобы как можно скорее представить миру свое лучшее и наиболее значительное изобретение — совершенно безукоризненное и не имеющее слабых мест. Я наметил ряд участков, которые представляются вполне подходящими для этой цели, но более всего мне хочется осуществить передачу энергии от ниагарского водопада, где впервые успешно заработала моя установка переменного тока.

Важнейшее применение беспроводная энергия найдет, несомненно, в запуске летательных аппаратов, энергоснабжение которых можно легко осуществлять без соединения на корпус, так как, несмотря на то, что токи в своем движении притягиваются к земле, электромагнитное поле создается в окружающей ее атмосфере. Если аэроплан имеет проводники или контуры, точно настроенные и должным образом расположенные, энергия будет отобрана этими контурами, как это произошло бы с жидкостью, стекающей в проделанное в контейнере отверстие. На промышленной установке большой мощности таким способом можно получать достаточно энергии для приведения в движение каких бы то ни было летательных аппаратов. Я всегда считал это наилучшим и рассчитанным на долгое время решением проблемы полетов. Не потребуется никакого топлива, так как используется легкий электродвигатель с большим числом оборотов. Тем не менее, ускоряя последовательный ход развития, я разрабатываю новый тип летательного аппарата, который, как мне кажется, удовлетворит насущную потребность в безопасном, небольшом и компактном «воздушном извозчике», способном осуществлять вертикальные взлет и посадку.

Телевидение, каким я его замышлял в 1893 году, будет еще одним, чрезвычайно полезным и своевременным научно-техническим новшеством. В то время я выдвинул идею, что создание четкого мысленного образа внешних объектов сопровождается рефлекторным действием на сетчатку глаза, что дает возможность читать мысли и даже проецировать представленные образы на экран и делать их видимыми для зрителей. Это привело бы к последствиям, влияние которых на человеческие взаимоотношения не поддается оценке, но эта идея не может быть реализована до тех пор, пока не будет найден способ понять строение сетчатой оболочки. Постоянные размышления на эту тему привели меня к созданию аппарата, моментально передающего изображение без применения каких-либо подвижных элементов, и к 1900 году я уже решил три из стоявших передо мной задач, а именно: индивидуализировать и обособить очень большое количество каналов, или «нервов»; передать на приемное устройство достаточное количество энергии и сделать зрительное восприятие движущихся образов независимым от расстояния. В конечном счете я также надеюсь преодолеть недостатки селенового фотоэлемента с помощью специального прибора.

Меня, однако, более всего интересует совершенствование радиовещания, которое сейчас осуществляется с негодной аппаратурой и коммерчески невыгодной технологией. Необходимо в значительной степени улучшить передатчики и упростить приемники, а при беспроводном способе передачи энергии для всевозможных целей можно использовать опыт телеграфных, телефонных и энергетических компаний, хотя способы их различны, но характеры схожи. Техническое творчество сродни архитектуре, и со временем специалисты придут к тем же выводам, какие сделал я в далеком прошлом. Рано или поздно моя энергетическая установка будет полностью принята и, поскольку я причастен к этому, вопросы и проблемы будут решены. Даже если бы я мучился сомнениями в возможности конечного успеха, я бы отбросил их, вспомнив слова великого философа лорда Кельвина, который, будучи очевидцем некоторых моих экспериментов, сказал мне со слезами на глазах: «Я уверен, Вы добьетесь успеха».


ВЫСОКОЧАСТОТНЫЕ ОСЦИЛЛЯТОРЫ ДЛЯ ЭЛЕКТРОТЕРАПЕВТИЧЕСКИХ И ДРУГИХ ЦЕЛЕЙ

Выступление на XIII ежегодном съезде Американской Электротерапевтической Ассоциации,

Буффало,  13-15 сентября 1898 года

Некоторые теоретические возможности, предоставляемые токами очень высокой частоты, и наблюдения, сделанные мной случайно при проведении экспериментов с переменными (синусоидальными) токами, а также стимулирующее влияние работы Герца и мысли, смело выдвинутые Оливером.

Лоджем, побудили меня в 1889 году заняться систематическими исследованиями явления высокой частоты. Вскоре были достигнуты результаты, которые оправдывали дальнейшие усилия по обеспечению лаборатории эффективными средствами для выполнения исследований в этой особой, оказавшейся весьма важной области. В результате были созданы генераторы переменного тока (синхронные генераторы) особой конструкции и были усовершенствованы различные механизмы для превращения обычных токов в токи высокочастотные. Все это было должным образом описано, опубликовано и теперь, я полагаю, хорошо известно.

Одной из ранее наблюдаемых и удивительных черт высокочастотных токов, которая главным образом представляет интерес для врача, являлась их явная безопасность, что делало возможным пропускать через тело человека сравнительно большие количества электрической энергии, не вызывая боли или серьезного дискомфорта. Эта особенность, на которую вместе с другими — по большей части неожиданными — свойствами этих токов я имел честь обратить внимание научных мужей вначале в статье в научном журнале в феврале 1891 года, а затем в последующих статьях для научных обществ, сделала сразу же очевидным тот факт, что эти токи могли бы годиться для электротерапевтического использования.

Что касается электрических воздействий в целом, было разумно сделать вывод о том, что с физиологической точки зрения их можно разделить на три класса. Первый класс — статические, зависящие главным образом от величины электрического потенциала. Второй класс — динамические, которые преимущественно зависят от качества электрического тока или силы тока, проходящего через тело.

Третий класс — воздействия особой природы, возникающие благодаря электрическим волнам или колебаниям, т.е. импульсы, в которых электрическая энергия переменно проходит в более или менее быстрой последовательности через статическую и динамическую формы.

В наиболее общем случае на практике эти разные воздействия сосуществуют, но при соответствующем выборе аппаратуры и соблюдении условий экспериментатор может сделать одно или другое воздействие преобладающим. Таким образом, он (экспериментатор) может пропустить через тело пациента сравнительно большой ток емкости при низком электрическом напряжении или же подвергнуть тело воздействию высокого электрического напряжения при совсем небольшом токе, или подвергать пациента воздействию электрических волн, передаваемых на значительном расстоянии через пространство.

В то время как врач занимается изучением специфического воздействия токов на организм и указывает правильные методы лечения, электрик ищет разнообразные способы приложения этих токов к телу пациента.

Поскольку части слушателей не слишком понятно описание предмета обсуждения на словах, надо полагать, определенные преимущества даст диаграмма нескольких способов соединения цепей.

Рис.1.

Первый и самый простой метод приложения токов заключался в присоединении тела пациента к двум точкам генератора, будь то генератор постоянного тока или индукционная катушка. Рис.1 иллюстрирует этот случай. Генератор переменного тока (синхронный генератор) G дает от пяти до десяти тысяч полных колебаний в секунду. Электродвижущая сила — как было измерено в экспериментах — может быть от пятидесяти до ста вольт. Чтобы облегчить продвижение сильных токов через ткани, клеммы Т, которые служат для установки контакта с человеческим телом, должны иметь большую площадь и должны быть покрыты тканью, смоченной в растворе электролита, безвредного для кожи, или контакты создаются погружением. Для регулирования токов хорошо изолированная ванночка (кювета) снабжена двумя металлическими клеммами Г значительной поверхности. По крайней мере одна из клемм должна быть подвижной. Кювета заполнена водой, и туда добавляется раствор электролита до тех пор, пока не будет обеспечена степень проводимости, необходимая для осуществления экспериментов.

Рис. 2.

Когда требуется использовать малые токи высокого напряжения, прибегают к помощи катушки со вторичной обмоткой, как показано на рис. 2. Я с самого начала считал удобным начинать с обычных способов навивки катушек с большим количеством малых витков. По многим причинам врач решит, что лучше подготовить кольцо (обруч) не менее, чем три фута в диаметре, а лучше больше, и навить на него несколько витков прочного кабеля Р. Катушку вторичной обмотки легко приготовить, взяв два деревянных обруча h и соединив их негнущимся картоном. Обычно достаточно одного слоя обыкновенной и при этом не слишком тонкой проволоки для обмотки электромагнита, а количество витков для каждого отдельного использования легко оценивается за несколько испытаний. Две пластины большой поверхности, образующие регулируемый конденсатор, могут использоваться с целью синхронизации вторичного контура с первичным, но обычно этого не требуется. Итак, применяется дешевая и весьма прочная катушка.

Дополнительным преимуществом такого прибора является возможность точного регулирования, которое легко обеспечивается изменением расстояния между первичным и вторичным контурами. Для этого должна быть обеспечена настройка (наладка], и, кроме того, и в случае гармоники, которая имеет место в таких больших катушках из толстой проволоки, расположенных на небольшом расстоянии от первичной обмотки.

Предыдущие схемы могут применяться с переменными токами низкой частоты, но определенные специфические свойства высокочастотных токов делают возможным применять последние там, где совершенно невозможно применять первые.

Рис.3.

Одной из особых характеристик высокочастотных или быстро меняющихся токов является то, что они с трудом проходят через плотные провода высокой самоиндукции. Сопротивление, которое оказывает самоиндукция, настолько велико, что оказалось полезным (как показано в ранних экспериментах, на которые были сделаны ссылки) поддерживать разницу потенциалов во много тысяч вольт между двумя точками — не более нескольких дюймов друг от друга — толстого медного прутка незначительного сопротивления. Предложенная схема представлена на рис. 3. В этом варианте источник высокочастотных импульсов находится в трансформаторе обычного типа, который может питаться от генератора G.

постоянного или переменного тока. Этот трансформатор включает в себя первичную обмотку Р, вторичную обмотку S, два конденсатора С, соединенных последовательно, контур или катушку из очень толстой проволоки L и цепь (контур), прерывающее устройство или выключатель. Токи отводятся из контура h двумя контактами с с, один или оба которых могут перемещаться вдоль провода L Варьируя расстояние между этими контактами, можно без труда получить любую разность потенциалов — от нескольких вольт до многих тысяч — на клеммах Т. Этот способ совершенно безопасный и исключительно удобный, но он требует равномерной работы выключателя, применяемого для зарядки и разряда конденсатора.

Другая не менее заметная черта высокочастотных импульсов заключается в легкости, с которой они пропускаются через конденсаторы, замедляют электродвижущие силы, и требуются очень маленькие нагрузки, чтобы дать возможность проходить большим токам. Это наблюдение позволило прибегнуть к плану, представленному на рис. 3. Здесь соединения такие же, как в предыдущем случае, кроме того, что конденсаторы С соединены параллельно.

Это снижает частоту токов, но позволяет работать со значительно меньшей разностью потенциалов на клеммах вторичной обмотки S. Поскольку последняя является главным элементом расходов в этой аппаратуре и поскольку ее цена быстро возрастает с количеством необходимых витков, экспериментатор решит, что в целом дешевле пожертвовать частотой, которая, однако, будет оставаться достаточно высокой для большинства целей. Ему только понадобится снизить пропорционально число витков или длину первичной обмотки р, чтобы добиться той же частоты, что и прежде, и только работа прерывателя потребует больше внимания. Вторичная обмотка S высокочастотной катушки имеет две металлические пластины t с большой поверхностью, соединенные с ее клеммами, и ток отводится от двух подобных пластин t, установленных поблизости от первых.

Как напряжение, так и сила токов, снятых с клемм Т, могут легко регулироваться, в частности простым изменением расстояния между двумя парами пластин  t и t соответственно.

При таком размещении обеспечивается легкость повышения или понижения потенциала одной из клемм Т, независимо от зарядов на другой клемме, что позволяет вызывать более сильное воздействие на одну или другую часть тела пациента.

Врач может по каким-либо причинам посчитать удобным видоизменить схемы, представленные на рис. 2, 3, путем присоединения одной из клемм-источников высокой частоты к земле. Во многих отношениях воздействие будет тем же самым, но в каждом случае будут отмечены некоторые особенности.

В результате заземления клемм вторичной обмотки в высокочастотных разрядах будут, возможно, преобладать импульсы одного направления.

Среди различных достойных внимания особенностей этих токов имеется одна, которая ведет ко многим полезным применениям. Это возможность (легкость), с которой они способны переправлять большие количества электрической энергии к телу, полностью изолированному в пространстве. Выполнимость этого метода передачи энергии, который уже получил применение и обещает в ближайшем будущем приобрести огромное значение, помогла рассеять старые представления о необходимости обратной цепи для переноса (транспортировки) электрической энергии в любом значительном количестве. С новыми приспособлениями мы имеем возможность пропускать через проводник, полностью изолированный с одного конца, токи, достаточно сильные, чтобы его расплавить или передать через провод любое количество энергии к изолированному телу. Этот метод применения высокочастотных токов для медицинских целей может предоставить врачу огромные возможности. Воздействия, производимые таким методом, обладают чертами, совершенно отличными от тех, которые наблюдались, когда токи применялись в любых из прежде упомянутых способов.

Рис.4.

Обычные включения цепи проиллюстрированы на рис. 4 и в отношении диаграмм, показанных прежде, не требуют объяснений (очевидны). Конденсаторы С, соединенные последовательно, лучше (желательно) заряжать через повышающий трансформатор, но высокочастотный генератор переменного тока, электростатическая машина или генератор постоянного тока, если он имеет достаточно высокое напряжение, чтобы использовать маленькие конденсаторы, могут применяться с большим или меньшим успехом.

Первичная обмотка р, через которую проходят высокочастотные разряды конденсаторов, состоит из малого числа витков кабеля — по возможности самого низкого сопротивления, а вторичная обмотка s, находящаяся желательно на некотором расстоянии от первичной для облегчения (содействия) свободных колебаний тока, имеет один из своих концов — тот, который ближе к первичной обмотке — соединенным с землей, в то время как другой конец ведет к изолированной клемме Т, к которой подсоединено тело пациента. В этом случае важно обеспечить синхронность между колебаниями в первичной и вторичной цепях соответственно. Это лучше всего осуществить путем изменения самоиндукции контура, включающего первичный контур или катушку р, для чего и обеспечивается регулируемая самоиндукция; но в случаях, когда электродвижущая сила генератора исключительно высока, как при использовании электростатической машины и конденсатора, состоящего из двух простых пластин и имеющего достаточную электрическую емкость, будет проще добиться той же цели, варьируя расстояние между пластинами.

Если первичные и вторичные колебания находятся в близкой синхронности, точки самого высокого напряжения будут на клемме Т, и потребление энергии будет происходить в основном там. Подсоединение тела пациента к клемме в большинстве случаев будет очень существенно влиять на период колебаний во вторичной обмотке, удлиняя его, и придется производить подрегулировку первичного контура в каждом случае, чтобы соответствовать электрической емкости тела, подсоединенного к клемме Т. Следует всегда сохранять синхронность и интенсивность воздействия, изменяемую путем перемещения вторичной катушки к первичной или от нее, в зависимости от того, что требуется. Я не знаю метода, который позволял бы подвергать человеческое тело таким чрезмерным электрическим напряжениям, которые осуществляются в этом методе; или метода, который давал бы возможность подводить к телу или отводить от него без серьезных повреждений количества электрической энергии, приближающиеся даже в отдаленной степени к тем, которые полностью осуществимы, когда прибегают к этому способу применения энергии. Это происходит, очевидно, благодаря тому факту, что воздействие в основном поверхностное; самая большая его часть отводится переносу тока или, точнее, энергии. С очень быстро и мягко работающим прерывателем, думаю, невозможно подводить к телу человека и выделять в пространство энергию со скоростью в несколько лошадиных сил без всякого вреда, в то время как небольшая часть этого количества, используемая другими способами, не может не вызвать повреждения.

Когда человек подвергается воздействию такой катушки при соблюдении тщательной регулировки (наладки), в темноте видны светящиеся потоки, испускаемые из всех частей тела. Эти потоки короткие, тонкой структуры, когда число прерываний (breaks) очень велико, и действие устройства b (рис. 4) свободно от любых беспорядков (неорганизованности), но когда количество прерываний мало или работа устройства несовершенна, появляются длинные и шумные потоки, вызывающие некоторый дискомфорт. Физиологическое воздействие, производимое аппаратурой этого вида, может изменяться от едва заметного действия, когда вторичная обмотка находится на большом расстоянии от первичной, до очень сильного действия, когда обе катушки размещаются на маленьком расстоянии друг от друга.

В последнем случае достаточно только нескольких секунд для того, чтобы вызвать ощущение тепла во всем теле, и вскоре человек обильно покрывается испариной. Я неоднократно в демонстрациях для своих друзей подвергал себя долгому воздействию колебаний тока, и всякий раз после воздействия порядка одного часа мною овладевала ужасная усталость, причину которой мне трудно объяснить. Она была сильнее, чем я испытывал в некоторых случаях после самого большого и длительного физического напряжения. Я мог едва сделать шаг и с трудом удерживал открытыми глаза. После этого я крепко спал, и последействие было несомненно благотворным, но эта терапия была явно слишком сильной, чтобы пользоваться ею часто.

Человеку следует быть осторожным при проведении таких экспериментов по нескольким причинам.

На поверхности кожи или около нее, там где имеет место наиболее интенсивное воздействие, образуются различные химические продукты реакции, главными из которых являются соединения с озоном и азотом. Первый сам по себе очень разрушительный; эта особенность была проиллюстрирована тем фактом, что резиновая изоляция провода разрушается так быстро, что делает совершенно невозможным использование этой изоляции. Соединения азота в присутствии влаги содержат много азотной кислоты, которая может при неумеренном применении оказаться смертельно опасной. До сих пор я не отметил поражения, которые следуют прямо из этой причины, хотя в некоторых случаях получались ожоги, во всех отношениях подобные тем, которые наблюдались позднее и относились к рентгеновским лучам. Эту точку зрения, по-видимому, забросили, поскольку она не была подтверждена фактами, то же самое касается и идеи о том, что эти лучи — поперечные колебания. Но в то время как исследование движется, казалось бы, в правильном направлении, ученые мужи все еще находятся в замешательстве. Это состояние дел мешает физику достичь успеха в данных новых областях и делает заведомо трудное задание еще более трудным и неопределенным для врача.

Одно или два наблюдения, сделанные в процессе проведения экспериментов с описанной аппаратурой, заслуживают быть упомянутыми здесь. Как было установлено прежде, когда колебания в первичном и вторичном контурах находятся в синхронности, точки наивысшего напряжения (потенциала) располагаются на некоторой части клеммы Т. При идеальной синхронности и длине вторичной катушки , равной 1 /4 длины волны, эти точки будут точно располагаться на свободном конце клеммы Т, т. е. на том, который располагается дальше всего от конца провода, прикрепленного к клемме. Если это так и если теперь укоротить период колебаний в первичной обмотке, точки наивысшего потенциала будут смещены в сторону вторичной катушки, так как длина волны снижена и прикрепление одного конца вторичной катушки к земле определяет положение центральных (узловых) точек, а именно точек самого низкого потенциала. Таким образом, изменяя период вибраций первичного контура любым способом, точки наивысшего потенциала могут соответственно перемещаться вдоль клеммы Т, что было показано намеренно длинно, чтобы проиллюстрировать эту особенность. То же самое явление, конечно, создается, если тело пациента служит клеммой и ассистент может движением рукоятки вызвать перемещение точек наивысшего потенциала вдоль тела с любой требуемой скоростью. Когда действие катушки сильное, область наивысшего потенциала легко определяется по возникающему дискомфорту или боли, и наиболее любопытно ощущать, как боль блуждает вверх и вниз или, в конечном счёте, через тело, от руки к руке, если подсоединение к катушке выполнено соответственно движению рукоятки, контролирующей колебания. Хотя я не наблюдал никакого особого действия в экспериментах этого типа, я всегда чувствовал, что это воздействие может полезно использоваться в электротерапии.

Другое наблюдение, которое обещает привести к еще более полезным результатам, заключается в следующем: как отмечено выше, перенимая описанный метод, тело человека может подвергаться без опасности электрическим напряжениям в значительной степени сверх любых, производимых обычной аппаратурой, они могут доходить до нескольких миллионов вольт, как было показано в действительной практике. Теперь, когда проводимое тело наэлектризовано до такой высокой степени, маленькие частицы, которые, может быть, крепко держались на поверхности тела, отрываются с силой и отбрасываются на расстояния, о которых можно только догадываться. Я обнаружил, что не только крепко держащееся вещество, как краска, например, отрывается с силой, но даже частицы самых прочных металлов отрываются. Думали, что такое поведение имеет место в вакуумном пространстве, но с мощной катушкой это происходит и в обычной атмосфере. Упомянутые факты дают возможность предположить, что необычное действие, которое я уже с пользой применил, также может быть ценным в электротерапии. Постоянное совершенствование приборов и изучение этого явления могут в скором времени привести к созданию оригинальной методики санитарно-гигиенической обработки (лечения), которая позволит мгновенно очищать кожу человека, просто поместив человека вблизи источника интенсивных электрических колебаний, что производит эффект избавления в мгновение ока от пыли или частиц любого постороннего вещества, прилипших к телу.

Такой результат, осуществляемый практическим образом, без всякого сомнения, имел бы неоценимое достоинство в гигиене и был бы эффективным и сберегающим время заменителем ванны (водной процедуры), и особенно был бы оценен теми, чье время расписано по минутам.

Высокочастотные импульсы производят мощные индукционные воздействия, и в силу этой особенности они годятся для использования в электротерапии.

Эти индукционные воздействия либо электростатические, либо электродинамические. Первые убывают значительно быстрее с расстоянием — с квадратом расстояния; последние ослабляются пропорционально расстоянию. С другой стороны, растут пропорционально квадрату интенсивности (мощности) источника, в то время как последние возрастают в простой пропорции к интенсивности. Оба эти воздействия можно использовать для создания поля большой активности, распространяющейся через значительное пространство, как через большой зал. И такой монтаж (компоновка) был бы пригоден в больницах или лечебных институтах, где нужно лечить сразу много пациентов.

Рис.5.

На рис. 5 показан способ, в котором создается такое поле. На этой схеме G — генератор токов очень высокой частоты, С — конденсатор для противодействия (сопротивления) самоиндукции контура, включающий первичную обмотку Р индукционной катушки, вторичная обмотка которой имеет две пластины t большой поверхности, присоединенные к ее клеммам. После проведения хорошо знакомой настройки очень сильное воздействие происходит в основном в пространстве между пластинами, и тело человека подвергается быстрым изменениям напряжения и пульсации тока, что порождает, даже на значительном расстоянии, заметные физиологические эффекты. В моих первых экспериментах я использовал две металлические пластины, как показано на схеме, но позже я обнаружил, что предпочтительнее заменить их на две полые сферы из латуни (желтой меди), покрытой воском толщиной примерно два дюйма. Провода, ведущие к клеммам вторичной катушки, были покрыты таким же образом, так что к любому из них можно было приближаться без всякой опасности разрушения изоляции. Таким образом предупреждались неприятные состояния шока, которому подвергался экспериментатор при использовании пластин.

На рис. 6 изображена схема аналогичного использования динамических индукционных воздействий высокочастотных токов. Поскольку частоты, получаемые от генератора переменного тока, не настолько высоки, как требуется, прибегают к конверсии (преобразованию) посредством конденсаторов.

Схема будет понятна после следующего описания.

Только необходимо четко определиться, что первичная обмотка р, через которую конденсаторы должны разряжаться, образована из толстого скрученного провода с низкой самоиндукцией и сопротивлением и проходит по всему залу. Может быть установлено любое количество вторичных катушек sss, каждая из которых содержит обычно один слой довольно толстой проволоки. Я пришел к заключению, что реально использовать до сотни катушек, каждая из которых настроена на определенный период и отвечает за особую вибрацию, проходящую через первичную катушку. Такую установку я использовал в моей лаборатории с 1892 года, и много раз она доставляла удовольствие моим посетителям, а также доказала практическую выгоду. Недавно я имел удовольствие развлекать некоторых членов Ассоциации подобными экспериментами, и я не могу не воспользоваться этой возможностью, чтобы выразить благодарность за их визит и интерес ко мне, а также искреннюю благодарность за внимание со стороны Ассоциации. С тех пор моя аппаратура существенно улучшилась, и теперь я могу создавать поле такой интенсивной электромагнитной индукции в лаборатории, что катушка диаметром в три фута при тщательной настройке будет переносить энергию со скоростью в четверть лошадиной силы, при этом неважно, где она размещена в пределах участка, окруженного первичными цепями. Длинные искровые разряды, стримеры и другие явления, доступные с индукционными катушками, могут быть легко произведены в любом участке внутри пространства, и такие катушки, хотя и не подсоединенные ни к чему, могут употребляться как обычные катушки, и, что еще более примечательно, они более эффективны. За последние несколько лет меня часто убеждали показать эксперименты публично, но, хотя я жаждал удовлетворить эти просьбы, срочные дела до сих пор делали это невозможным. Эти достижения стали результатом медленного, но постоянного совершенствования аппаратуры, которое, я надеюсь, смогу связно описать в ближайшем будущем.

Рис.6.

Однако могут появиться интересные электродинамические индуктивные эффекты, о которых я упомянул, и они могут быть, кроме того, усилены путем концентрации воздействия в очень малом пространстве.

Очевидно, что, поскольку электродвижущие силы в многие тысячи вольт удерживаются между двумя точками токопроводящего стержня или замкнутой цепи лишь в несколько дюймов длиной, электродвижущие силы примерно той же величины будут устанавливаться в проводах (проводниках), расположенных поблизости. На самом деле я обнаружил, что таким манером было реально проводить разряд через колбу, находящуюся под высоким напряжением, хотя требуемая электродвижущая сила достигала десяти или двадцати тысяч вольт, и долгое время я проводил эксперименты в этом направлении с объектом, создающим свет новым и более экономичным способом. Но испытания не оставили никакого сомнения в том, что при этом способе освещения имелось огромное потребление энергии, по крайней мере, с аппаратурой, которая была в моем распоряжении, и, обнаружив другой способ, который обещал большую экономию трансформации, я направил свои усилия в этом направлении. Вскоре после этого (где-то в июне 1891 года) профессор J.J.Thomson описал эксперименты, которые были, очевидно, итогом длительных исследований и в которые он добавил много новой и интересной информации, что заставило меня вернуться к моим собственным экспериментам с вновь проснувшимся рвением. Вскоре мои усилия были сконцентрированы на создании в малом пространстве наиболее интенсивного индукционного воздействия, и, постепенно совершенствуя аппаратуру, я получил результаты удивительного характера.

Например, когда конец тяжелого железного стержня проталкивался внутри контура, находящегося под большим напряжением, было достаточно нескольких секунд, чтобы нагреть стержень до высокой температуры. Даже тяжелые куски других металлов нагревались так быстро, как будто они располагались в печи. Когда сплошную ручку, сделанную из листа олова, поместили в контур, металл тотчас же расплавился; это действие можно сравнить со взрывом, и в этом нет ничего удивительного, поскольку потери на трение накапливались в нем со скоростью, возможно, десять лошадиных сил. Масса плохо проводимого материала вела себя аналогично, и когда колбу под высоким разряжением засунули в контур, стекло нагрелось за несколько секунд почти до точки плавления.

Рис. 7

Когда я впервые наблюдал эти потрясающие действия, я заинтересовался изучением их влияния на живые ткани. Понятно, что я приступил к делу со всеми необходимыми предосторожностями, и правильно сделал, поскольку мне было ясно, что при витке лишь в несколько дюймов в диаметре создавалась электродвижущая сила более чем в десять тысяч вольт, и такое высокое давление более чем достаточно для создания разрушительных токов в ткани. Становилось все более очевидным, что тела со сравнительно низкой проводимостью быстро нагревались и даже частично разрушались. Можно вообразить мое удивление, когда я обнаружил, что я смогу просунуть свою руку или любую другую часть тела внутрь контура и держать ее там безнаказанно.

Неоднократно подталкиваемый желанием провести новые и полезные наблюдения, я с готовностью или бессознательно выполнял эксперимент, связанный с некоторым риском, которого едва ли можно было избежать в лабораторной практике, но я всегда верил и верю сейчас, что я никогда не предпринимал ничего такого, где, по моему мнению, шансы повреждений были так высоки, как когда я поместил свою голову внутри пространства, в котором действовали такие ужасные разрушительные силы. Однако я так поступал, и неоднократно, и ничего не чувствовал. Но я твердо убежден, что имеется огромная опасность при выполнении такого эксперимента, и кто-то, кто ступит на шаг дальше, чем я, может быть мгновенно уничтожен, поскольку могут существовать условия, сходные с теми, которые наблюдались с вакуумной колбой. Она может быть помещена в поле контура, находящегося под сильным напряжением, и поскольку траектория (контур) для тока не сформирована, она останется холодной и не будет расходовать практически никакой энергии. Но в тот момент, когда проходит первый слабый ток, большая часть энергии колебаний устремляется к месту потребления (расхода). Если при каком-то воздействии токоведущая дорожка пройдет через живую ткань или кости головы, то результатом будет мгновенное их разрушение и смерть безрассудно храброго экспериментатора.

Такой метод убийства, если бы он был выполнен, был бы абсолютно безболезненным. Теперь, почему в пространстве, в котором происходит такая суматоха, остается неповрежденной живая ткань? Кто-то может сказать, что токи не могут проходить из-за огромной самоиндукции, проявляемой большой токопроводящей массой. Но этого не может быть, потому что масса металла обладает более высокой самоиндукцией и тем не менее нагревается. Кто-то может утверждать, что ткани обладают слишком большим сопротивлением. Но это не может являться причиной, поскольку все данные показывают, что ткани проводят ток достаточно хорошо, кроме того, у тел со сравнительно одинаковым сопротивлением значительно повышается температура. Кто-то может приписать очевидную безвредность колебаний тока высокой удельной теплоемкости ткани, но даже грубая количественная оценка экспериментов с другими телами показывает, что эта точка зрения несостоятельна. Единственное правдоподобное объяснение, которое я пока нашел, это то, что ткани — это конденсаторы. Лишь это может объяснить отсутствие вредного воздействия. Но удивительно то, что как только создается гетерогенная (разнородная) цепь, например при взятии в руки металлического стержня и создании замкнутой цепи, ощущается прохождение токов через руки, и отчетливо заметны другие физиологические эффекты. Самое сильное воздействие, конечно, достигается, когда цепь возбуждения имеет лишь один виток, если соединения (подключения) не занимают значительной части общей длины контура, в каковом случае экспериментатору следует навертеть наименьшее количество витков, тщательно оценив, что он теряет, увеличивая количество витков, и что он приобретает, используя таким образом большую долю суммарной длины контура. Нужно помнить, что, когда катушка возбуждения имеет значительное число витков и некоторую длину, влияние электростатической индукции может превосходить (иметь перевес), поскольку может существовать очень большая разность потенциалов — сто тысяч вольт и более — между первым и последним витком. Но такое влияние присутствует всегда, даже когда применяется один виток.

Если человек помещен внутри такого контура, любые куски металла, даже маленького размера, ощутимо нагреваются. Без сомнения, они также будут нагреваться — особенно если они будут стальные (железные), — когда они введены в живую ткань, и это предполагает возможность хирургического вмешательства при помощи такого метода. Этим новым способом можно было бы стерилизовать раны либо определять местонахождение или даже извлекать металлические предметы, либо выполнять другие операции подобного типа в пределах сферы хирургической деятельности.

Большинство перечисленных результатов и многие другие, еще более замечательные, стали возможны лишь при использовании разрядов конденсатора. Вероятно, очень немногие — даже среди тех, кто работает в сходных областях, — могут полностью оценить, каким чудесным инструментом в действительности является конденсатор. Позвольте мне объяснить эту мысль. Некто может взять конденсатор, достаточно маленький, чтобы поместиться в кармане жилетки, и, умело используя его, может создать электрическое напряжение в большом переизбытке — в сотни раз больше, чем необходимо; больше, чем то, что производится самой большой, когда-либо созданной статической машиной. Или он может взять тот же конденсатор и, используя его иначе, может получить такие токи, против которых токи самой мощной сварочной машины совершенно ничтожны. Те, кто напичкан популярными идеями о напряжении машин статического электричества и токах, получаемых при помощи промышленных трансформаторов, будут поражены приведенным утверждением, хотя его правоту легко увидеть. Такие результаты легко получаемы, потому что конденсатор может разряжать накопленную энергию за невероятно короткое время. Ничего похожего на это свойство неизвестно в физической науке. Сжатая пружина, или аккумуляторная батарея, или любой другой вид устройства, способный сохранять энергию, не может этого сделать; если бы они это могли, можно было бы совершать невообразимые вещи при помощи этих средств. Очень близкое приближение к заряженному конденсатору — это бризантное взрывчатое вещество, например динамит. Но даже самый сильный взрыв такого соединения не идет ни в какое сравнение с разрядом конденсатора.

Поскольку, в то время как давления, которые получаются при детонации химического соединения, измеряются десятками тонн на квадратный дюйм, те, которые вызываются разряжениями конденсатора, исчисляются тысячами тонн на квадратный дюйм, и если бы было возможным создать химический продукт, который бы взрывался так же быстро, как конденсатор может разряжаться при условиях, которые могут быть реализуемы, — тогда чуточка такого вещества, безусловно, была бы достаточной, чтобы сделать бесполезным самый большой линкор (чтобы заменить самый большой линкор).

После применения инструмента, обладающего такими идеальными свойствами, в которых я был убежден задолго до этого, наступит осознание его важности, но я своевременно понял, что придется преодолеть большие трудности, прежде чем он сможет заменить менее совершенные приборы, используемые в настоящее время для разнообразных трансформаций электрической энергии. Таких трудностей было много. Обычно изготавливаемые конденсаторы сами по себе были неэффективными, проводники — неэкономичными, самая лучшая изоляция не отвечала требованиям, а условия для наиболее эффективной конверсии было трудно обеспечить. Одна трудность, которая была более серьезной, чем все остальные, и к которой я привлек внимание, когда впервые описал эту систему трансформации энергии, была обнаружена в устройствах, обязательно используемых для (регулирования) управления зарядами и разрядами конденсатора. Они были недостаточно эффективными и надежными, сильно ограничивая применение системы и лишая ее многих ценных свойств. В течение нескольких лет я пытался преодолеть эту трудность. За это время было проведено огромное количество экспериментов с этими устройствами. Многие из них вначале давали надежду, но в конце не удовлетворяли нужным требованиям. С неохотой я вернулся к идее, над которой работал задолго до этого. Она заключалась в том, чтобы заменить обычные щетки и ламели коллектора на жидкостные контакты. Я тогда столкнулся с трудностями, но годы, проведенные в лаборатории, не прошли даром, и я добился успеха. Вначале необходимо было обеспечить циркуляцию жидкости, но перекачка ее насосом оказалась непрактичной. Потом посетила счастливая идея о том, чтобы сделать насосный механизм составляющей прерывателя цепи, открыв и то, и другое в резервуаре, чтобы избежать окисления. Затем настал черед нескольких простых способов поддержания циркуляции, как, например, вращение ртути. Затем я научился снижать износ и потери, которые все еще существовали.

Я боюсь, что этот отчет, показывающий, как много усилий было потрачено на эти, казалось бы, незначительные детали, не передает высокой мысли о моих возможностях, но я признаюсь, что мое терпение подвергалось испытанию до самого конца. В конце концов я получил удовлетворение от создания механизмов, которые просты и надежны в работе, не требуют практически никакого внимания и способны воздействовать на трансформацию значительных 229 количеств энергии с изрядной экономией. Это не самое лучшее, что можно было сделать, но как бы то ни было, сделано это удовлетворительно, и я чувствую, что самое трудное задание.

Врач теперь сможет получить инструмент, соответствующий многим требованиям. Он сможет использовать его в электротерапевтическом лечении в большинстве из перечисленных способов. Он сможет обеспечить себя теми катушками, которые ему требуются для любой особой цели, дадут ему любой ток или любое напряжение, которые он пожелает получить. Такие катушки будут содержать лишь несколько витков проволоки, и затраты на их подготовку будут достаточно незначительными. Этот инструмент даст возможность врачу генерировать рентгеновские лучи значительно большей мощности, чем те, которые получаются с помощью обычной аппаратуры. По-прежнему должна оснащаться производителями труба, которая не будет разрушаться и позволит сосредотачивать большее количество энергии на электродах. Когда это будет клонировано, ничто не будет препятствовать дорогому и эффективному применению этого красивого открытия, которое должно в конечном счете утвердить свою высочайшую ценность не только в руках хирурга, но и электротерапевта и, что наиболее важно, в руках бактериолога.

Хотелось бы дать общее представление о приборе, в котором многие из последних усовершенствований были воплощены. Расположение частей такое же, как в приборе, представленном в предыдущих случаях, только возбуждающая катушка с вибрирующим прерывателем заменена на катушку с усовершенствованным прерывателем (выключателем) контура, на который была сделана ссылка.

Это устройство включает в себя отливку А с выступающим вперед штуцером В, во втулке которого свободно вращается вал а. Вал несет арматуру внутри стационарного возбуждающего магнита М и полый стальной барабан D с прерывателем. Внутри вала а концентрически с ним размещен меньший вал b, который также имеет подвижность в шарикоподшипниках и поддерживает противовес F. Этот противовес расположен на одной стороне, а валы а и b наклонены к вертикали; противовес остается неподвижным, поскольку барабан вращается.

К противовесу F прикреплено устройство R в форме ковша с очень тонкими стенками, узкое на конце, ближайшем к барабану D, и более широкое с другого конца. Небольшое количество ртути помещено в барабане D. Барабан вращается против узкого конца ковша, порция жидкости захватывается и забрасывается в тонкий и широкий поток по направлению к центру барабана. Верхняя часть последнего герметично закрыта стальной шайбой. К этой шайбе на стальном стержне L крепится тоже стальной диск F, снабженный некоторым количеством лопаток К.

Стержень L изолирован шайбами N от барабана D, и для удобства заполнения ртутью предусмотрен маленький шнек о. Болт (стержень) L, образующий одну клемму прерывателя цепи, присоединен медной полоской к первичному контуру р. Другой конец первичной катушки ведет к одной из клемм конденсатора C, установленного в отсеке камеры А. Другой отсек той же камеры зарезервирован для переключателя S и клемм инструмента. Другая клемма конденсатора присоединена к детали А и через нее к барабану D. Когда барабан вращается, лопатки К быстро вступают в контакт с потоком ртути и выходят из этого контакта, таким образом замыкая и размыкая цепь в быстрой последовательности. С таким приспособлением легко добиться десяти тысяч включений и выключений в секунду, и даже больше. Вторичная обмотка а сделана из двух отдельных катушек и устроена так, что она может сдвигаться (скользить), а металлическая полоса в ее середине соединяет ее с первичной катушкой. Это сделано для того, чтобы не допустить поломки вторичной обмотки, когда одна из клемм перегружена, как это часто происходит при работе рентгеновских трубок. Такая форма катушки сможет выдержать значительно большие разности потенциалов, чем катушки, сконструированные обычным способом.

Двигатель имеет обмотку возбуждения и арматуру, набранные из пластин, так что он может использоваться при питании контуров и переменным, и постоянным током. Валы располагаются как можно ближе к вертикали, чтобы не было проблем со смазкой. Таким образом, единственное, что требует некоторого внимания, — это коллектор двигателя, но там, где всегда доступен переменный ток, источник возможных проблем легко устраним.

Подсоединения электрического контура этого прибора уже были показаны, а способ работы был объяснен в периодических журналах. Обычный способ подсоединения — в котором клеммы цепи питания (снабжения) и самоиндукционная катушка для повышения напряжения, которая соединена последовательно с конденсатором и первичной обмоткой.